Психодинамика кибер-социума
Прага, май 2009
 
Человек всегда развивал свою культуру и ментальность за счет накопления, анализа и интерпретации новых знаний. Существовал и существует определенный эмпирический коэффициент соотношения плотности информационного потока и способности человека эту информацию «утилизировать». Недостаток информации провоцировал всплеск интереса к исследовательской и экспедиционной деятельности. Количество людей образованных также регламентировало нагрузку на сознание, как отдельных людей, так и общества в целом. Переизбыток информации вызывал различные нарушения как психического, так и физического здоровья. Иногда даже уходя за пределы, совместимые с жизнью. Люди регулировали информационный поток определенными стереотипами сознания, воспитания, образования. Существовали институции, которые занимались  стандартизацией необходимых знаний. И это было оправдано с точки зрения построения государственности, гармоничности структуры общества и т.п. Длительное время цивилизация противостояла механистической структурности сознания человека, допуская и сохраняя простор к анализу, творчеству, комбинаторике. Постепенно, с ростом объема ежедневной новой информации, сознание начало переходить в иной режим восприятия и использования информационного потока. Используя заранее подготовленные шаблоны и схемы, полученные в процессе обучения и профессионализации. Такая схема существовала достаточно долго и была применима в силу очевидной ограниченности иных, нежели «официальных», источников информации. Расширение информационного потока происходило относительно равномерно и однообразно, позволяя практически каждому человеку приспособиться к увеличивающемуся объему.
 
В ситуации экспотенциально нарастающего потока значимой информации происходит объективное перенасыщение "шлюзовых" структур  как семантического, так и логического и морфологического анализа... происходит деформация буфера осознанного контакта личности со средой. Во избежании структурного конфликта, в качестве адаптационной меры принимается  упрощенная в содержательной и уплощенная в эмоциональной частях система коммуникации. Нарастает инерция мышления. Возникает шаблонный, "клиповый", информационный обмен. Причем, если для внешней информационной среды это не имеет никакого значения, то для человека возникает ситуация выбора, в  которой он или вынужден согласится с перманентно примитивной интерпретацией полученных данных и утратить способность к творчеству или должен совершить качественный скачок в способности охватывать информационный поток во всем его многообразии и мерности. Только так возможно избежать запредельного стресса, охватывающего своими последствиями не только сознание, но и все подконтрольные биологические процессы.
 
В присутствии архитипичных аргументов возникает внешне-инспирированный экзосистемный дрейф логики.  Происходит трансформация базальных рефлексов и интуитивных реакций. Личность выстраивает иную равновесную платформу. Часто значительно более удаленную из зоны ожидаемого контроля и восприятия. Т.о. связь и системность событий реальности можно отследить только находясь на принципах  "квантовости" и "квантовой нелокальности" психических процессов. (Квантовая нелокальность  - свойство процесса происходить одновременно во всей системе, без исключения любых фрагментов. Все элементы системы связаны мгновенно и одновременно.) Изменяется метрика сознания. Последовательность и логика процесса осознания и анализа изменяет вектор в область иной аксиоматики и фактологии. Мысль становится "сталкером" в зоне "привычного отчуждения". Возникает  квази-новая личность, ядро которой структурировано по принципиально новым критериям взаимодействия со средой. Пороги значимости информации для субъекта значительно повышаются, отсекая детали, необходимые для выстраивания не только вертикальной иерархии  в социуме, но и для развития горизонтальных связей. При взаимодействии личностей с подобной структурой мышления возникает некое подобие "нейрональных" квази-сообществ. Способных, тем не менее, стать основой будущих социально-заметных образований. В целом нормальный эволюционный процесс, если бы не одно "но"...
 
Человек идет в своем развитии по заранее определенному шаблону. Определяемому совокупностью и вектором информационных массивов, получаемых сегодня в основном через Сеть. Общее направление этих потоков информации известно и легко модерируется. Таким образом происходит не просто формирование "мнения", но объективно глубинная перестройка сознания, внедрение командных "пакетов" (иногда в виде несвязанных между собой морфем), подготовка активного управляемого трансформирования сознания. Постепенно, маленькими шагами, человек начинает терять необходимость наиболее затратных, с точки зрения расхода энергии, процессах - в творчестве, осознанном принятии решений, индивидуальном реагировании, уникальных действиях и, наконец, в волевых константах. Человек начинает смещать "центр тяжести" принятия решений на внешний компонент его сознания - кибер-социум. Не берусь давать оценки насколько это "плохо" или "хорошо" для конкретного индивидуума. Однако хочу привлечь внимание к аспекту возникновения новой феноменологии в психологии человека, социализированного киберпространством.
 
Следует отдавать отчет в том, что по мере развития и совершенствования виртуальных технологий возникает бинарная нагрузка на психику. Человек все чаще перестает различать и критично анализировать значимость возникающих ситуаций в реальной жизни и в виртуале, предлагаемом кибер-социумом. Попытки аргументировать свое поведения становятся абстрактными. Абстракции снижают скорость принятия решений и тем самым снижают адаптационные способности в период оперативного контроля за ситуацией. Поведение в реальных ситуациях начинает носить характер чужеродно-алгоритмировано-игрового, без учета искусственности и чужеродности предлагаемых свойств алгоритма. Возникают немотивированные, с точки зрения социума, поступки и действия, окрашенными эмоциональными вспышками, характер которых несет узнаваемые формы геймерских стандартов и четкий ритм машинной логики. Наблюдатель также отметит, что именно определенная хаотичность и непоследовательность в поступках выдает живой (не машинно-алгоритмированный) разум, стоящий за ними. Логика и причинность уходят глубоко в интуитивное поведение, эмоционально окрашенное и пульсирующее жизнью.  Кибер-социум дает ложное представление о возможности полностью изменить личность, скрывшись за виртуальной маской. Однако правда заключается в том, что кибер-шаблоны только обостряют внутренние конфликты и выворачивают их на поверхность в еще более обостренной и изощренной форме, не умея и не желая давать пути позитивного изменения и естественной эволюции сознания. Человек погружается в состояние перманетного стресса, накапливая с течением времени весь "мусор", внесенный информационным потоком в сознание.
 
Ощущение собственной пустоты, "ненаполненности сознания" позитивной формой, создающей комфортное состояние, вызывает активное коллекционирование, собирательство, подробное изучение абнормальных, непривычных "форм" с целью поиска внешней точки стабилизации, стимулов к психической (эмоциональной) эволюции, индукторов эмоционального стресса (восхищения "необычностью"). Отсюда тяга к экстремальным проявлениям в творчестве, эпатажу, скандалу, конфликту, эмоционально насыщенному мошенничеству ("пирамиды"), диктату, террору (как механизму установления своих систем ценностей).
В последствии такие люди активно собираются вокруг "психопатоидов", которые генерируют данные состояния, являясь "точками конденсации" подобных сообществ. Фундаментальным свойством таких людей является способность постоянно "творить" аргументацию, подтверждающую новую точку зрения, часто вопреки здравому смыслу и предыдущему опыту, используя всю полноту доступной информации, собственный авторитет и образование. Причина - задавленная стереотипами кибер-социума способность к творчеству и анализу событий.
 
Противоположностью людей с поведением "марионеток" являются субъекты, оценившие возможности, предоставленные кибер-пространством, как собственные неограниченные свойства. Забывая о том, что приближенный кибернетический информационный поток является лишь искусственным и временным дополнением их сознательного пространства, они впадают в состояние "ЭГО-транса". Полностью концентрируя внимание на состоятельности реальных поступков, только с точки зрения  персональной оценки. Теряется социально-адаптирующий коэффициент слов и действий в реальности. Происходит полная или частичная дегенерация Этики. Человек самоустраняется от общества, замыкаясь в виртуальной сфере. Исход, как правило, представлен или в форме жесткого столкновения с реальностью и последующим страданием или полным разрывом контакта с обществом в форме различных форм психических изолирующих нарушений. 
 
Письменность провоцирует монополярность рефлексии с обществом. Вербальный контакт обязывает к взамному проникнованию и интеграции модулей твоего сознания в сознание собеседника. Таким образом, киберсоциум вступает в сферу нашего сознания, заполняя его в той мере, в какой мы это решили и позволили, ведомые предустановленными на уровне подсознания командами.
 
Если предположить, что наши психические проявления в форме "сознания" по сути являются только "пограничными конфликтами" взаимодействия личности со средой и что сама по себе "личность" - суть проявления в нашей реальности структуры, многократно более сложной и развернутой в иных метриках, нежели мы представляем, изучая ее "следы", то возможно также допустить, что вмешательство в эту тонкую область "контакта-конфликта сред" потока вычисляемых алгоритмов (машинная логика и стратегия кибер-социума) приведет и приводит к разобщению личности с человеческим социумом. 
 
И вот тогда, в недрах психической химеры, порожденной экспансией кибер-социума в сознание, в необъяснимой ее глубине, в зоне контакта Супер-Эго и Реальности, рождается образ-икона Страха. Страха экзистенциального, сущего, но непознаваемого, не привязанного к объектам реальности. Страха, порожденного чуждостью информационного "имплантанта". Размытого и всепроникающего, пробуждающего реликтовые эмоции и рефлекторное поведение. Подчиняющего и унижающего.
Частым компонентом, возникающего синдрома "внутреннего бездонного колодца", бывает  сенсорный спазм. Когда восприятие окружающего мира во всей его полноте суживается до набора примитивных реакций на внешние раздражители. Человек переходит в режим не Жизни, но Выживания. Гонимый и провоцируемый на нетипичные для него мысли, слова и действия. Все это, по своей сути, представляет собой следствие атаки психики определенным стрессором, прикрытым хорошо известными гипно-формами и подкрепленным, безусловно и неизбежно возникающим, психосоматическим фоном.
Человек улавливает изменения, но не может описать их предметность. Ощущение дискомфорта толкает на эксперименты и побуждает к агрессии. Конфликт вспыхивает по малейшему поводу. Сознание занимает "круговую оборону", отталкивая от себя любые энергоемкие процессы. Возникают феномены самоорганизации субъект-объектных структур. Участники  кибер-социума начинают объединяться по признакам, ранее не рассматриваемым как значительные. Яркие и эффектные метаморфозы индивидуума в рамках виртуальной реальности завораживают и привлекают участников любого уровня и, постепенно, возникает феерия спонтанного "театра теней", где каждый играет самого себя в версии WEB. Унылая, требующая усилий, реальность депрессивно настроенного субъекта легко отстраняется на второй план безграничными фантазмами участников виртуала. Человек, особенно испытывающий коммуникационную депривацию, впадает в кибер-зависимость практически моментально.  Интервенция контента социума в индивидуальное сознание происходит органично и ненасильственно. Динамика интра- и экстрагрупповой коммуникации стремительна и легко предсказуема. Управление группой в киберпространстве на порядки проще и доступнее, чем в реальном контакте. Преуменьшая значение влияния информационного потока и его модуляций на сознание, человек в кибер-контакте намного более открыт, предсказуем и раним. Это подтверждают многочисленные и долговременные наблюдения за участниками различных киберсообществ. Также, опосредованным подтверждением правоты подобных выводов может стать высокая результативность  репаративных технологий психогигиены, которая ставит своей целью именно обновление сенсорных свойств сознания, пробуждение творчества, объективизацию реальности, возобновление равновесной оценки событий. Психогигиена позволяет разорвать гипнотизирующую пульсацию привычного информационного потока, рассмотреть события с абсолютно непредсказуемых позиций, приблизить исследовательский принцип познания окружающей тебя вселенной. Ее способы и методы включают нейрофизиологические механизмы минимизации последствий стресса и, опосредованно, создают условия для восстановления базовых принципов организации сознания. При ее применении, все участники отмечали значительное улучшение самочувствия и состояния. Снижались проявления абстинентного синдрома в ситуации длительного "отлучения" от кибер-среды. Человек может быть возвращен на позиции "гуманоидного" анализа потока событий и, тем самым, вновь обретает власть над самим собой, выстраивая свою жизнь на основании своих собственных желаний и решений.
 
Мне представляется возможным напомнить о "неклассичности" данного события  в контексте исследования психологического наблюдения. Имеет место возникновение нового направления в психологии и психотерапии. В отличии от А-психологии ("антропоморфной") организуется и систематизируется фактология и аксиоматика V-психологии ("виртуальной"). Идет одновременная трансформация социума и каждого его элемента. Взаимоотношения человека и кибер-пространства уже давно переросли формат "потребительского" со стороны человека и "информационного депозитария" со стороны противоположной. Возникло, и с каждым днем увеличивается, все больше множество людей с сознанием симбионтов - машинная логика и кибернетические алгоритмы безболезненно выдавливают из интеллекта  человеческие черты и поведенческие схемы, постепенно превращая человека в придаток кибер-машинерии. Процесс начинается с безобидного обмена сообщениями в Сети, созданием нового мета-языка со специфическим семантическим и аналоговым наполнением, и, уже представленным сейчас, моделированием событий собственной жизни по шаблону, предложенному кибер-средой... Не хочу спекулировать о существовании Искуственного Интеллекта и его адептах. Вижу очевидное - возникает социально, статистически, цивилизационно и эволюционно значимая группа людей с сознанием и психологией отличными от человеческих. Людей, которые позволили, по причине своей ленности или невежества, передать машинному алгоритму ведущую роль в реализации своего, человеческого поведения и сознания, социализировать себя в кибер-пространстве. "Помошник" человека превращается в его "хозяина". Что дальше ? Дождемся группу людей, масштаба интеллекта которых хватит для оценки всей картины и перехвата ключевой "кнопки".  Которые объективно станут "супер-диктатурой"... Или "перехода количества в качество" ? Когда  объем накопленной информации кибер-средой и совершенствование ее овеществленых носителей и инструментов вызовет процесс самоорганизации.  Будем выбирать что лучше ? Может быть все-таки вернемся к "антропоморфной", не "механоидной" эволюции ?
Д.С.Фёдоров